Стихи про накуренный

В углу таверны В углу таверны, где стена в пыли, Паук сидит, плетёт свою судьбу. А рядом рыльце поросячье — в пыли, Накурилось, уткнулось в трубу. Паук спросил: «Ты что здесь делаешь, друг?» А рыльце: «Дым пускаю, отдыхаю. Я от свиней сбежал из тесных рук, Теперь лежу, себя я уважаю.» Паук кивнул: «Я тоже одинок, Мои друзья — лишь мухи да углы. Но я привык, я — вечный педагог, Плету узлы, как знаки красоты.» «А я, — сказало рыльце, — не плету, Я просто есть, дымлю и наблюдаю. Мне не нужна ни сеть, ни суета, Я в этом дыме рай свой обретаю.» Паук вздохнул: «У каждого свой путь. Ты — в облаках, я — в нитях на стене. Но вместе мы — как странный, дикий жгут, Забытый всеми в этой тишине.» И так они живут в углу вдвоём: Паук и рыльце, дым и паутина. Их дружба — как случайный, пьяный дом, Где каждый сам себе господин.

Паук и рыльце В таверне старой, где стена в углу, Сидел паук, сплетая сеть из нитей. Вдруг рыльце поросячье — на полу, Накуренное, в дыме и в копыте. Паук глядит: «Эй, кто тут? Что за вид? Ты кто такой, с рылом и в облаках?» А рыльце хрюкнуло: «Я — местный сплит, Накурился, лежу в своих мечтах.» Паук спустился к рыльцу по стене, Спросил: «А хочешь, сеть сплету вдвоём? Мы здесь в углу — как в тихой глубине, Давай дружить, пока мы не умрём.» Но рыльце лишь пустило дым в ответ, И глазки закрывая, прохрипело: «Мне не до дружбы, я — другой сюжет, Я просто рыльце, пьяное и смелое.» Паук пожал плечами: «Ну и пусть. Я сам себе хозяин и творец. Ты, рыльце, — просто временная грусть, А я — паук, и сети — мой венец.» С тех пор в углу паук плетёт свой дом, А рыльце спит, накуренное, вповалку. Их странный мир — как старый, добрый том, Где каждый сам рисует свою свалку.