Акростих Борис Пильняк

Юность Бориса Богородск встречал Бориса тишиной, Он впитывал уездные картины. Росли в душе рассказы и былины, Истоки — в жизни, скромной и простой. С пером он открывал мир, что молчал, Писал о тех, кто верил и искал, И в каждом слове правду осязал, Литература — путь, что он избрал. Умел он видеть суть за пеленой, Судьбы людской изломы и страданья, И в прозе — отражение мечтанья, Юность его — как первый луч дневной.

Перо и город Багряный закат над Богородском встал, Он бродил по улицам, где каждый дом хранил Рассказы, что потом в тетрадь ложились, как кристалл, И в этом городе он сердцем полюбил Свободу слова, что даёт полёт, Писал он о крестьянах, о земле, И в каждом образе жила душа народа, Лучи надежды в серой полумгле. Ночь напролёт горел его огонь, Язык его был прост, но точен был, Крестьянский быт и революционный конь — Всё это он в сюжеты воплотил.

Богородские истоки Безмолвные леса, река и даль, Он здесь учился видеть и молчать, Рождались строки, уносили вдаль И звали сердце вечно создавать. Судьба его — писательский удел, Писал он так, что воздух замирал, И в каждом слове мир, что он хотел, Любил он Русь, её печаль и шквал. Юн был тогда, но в мыслях — целый свет, А город стал началом всех дорог, К нему он возвращался много лет, В его страницах — жизни вечный ток.