Арлекин о тех, кто не держит слово

Бал обещаний Я — Арлекин, шутник и враль, Мне по душе людская ложь. Они твердят: «Приду!» — а даль Уносит их, как в речке дрожь. Я наблюдаю из-за кулис, Как сыплют клятвы в микрофон. «Звоню!» — но в трубке только писк, И вновь молчит мой телефон. «Я помогу», «Я поддержу», «Я буду рядом в трудный час». Я эти фразы ворошу — Пустые, как стеклянный глаз. Они рифмуют «навсегда» С «потом», «наверно» и «едва». Их обещанья — как вода В руке: сожму — и нет, увы. Я сам такой, и в этом соль: Смеюсь над ними и над собой. Их невыполнимая роль — Игра, где каждый — холостой. Но всё же грустно мне порой: Средь масок, шуток и огней Живое слово под горой Пустых, но искренних затей. Я — Арлекин, и мой удел — Ловить их клятвы на лету. Никто из них не захотел Сдержать хотя бы одну.

Слова на ветер Я — трикстер, вечный шут и плут, Мне по плечу людской обман. Они мне руку подают И обещают: «Буду сам!» Но стоит мне шагнуть за дверь, Как их «сам» тает, словно дым. Я слышу: «Завтра», «Может», «Верь», — И остаюсь опять один. Они клянутся: «Позвоню!», «Приеду», «Встретимся», «Решу». Я эти клятвы сохраню, Как фантик, брошенный в лесу. Их обещанья — лёгкий пух, Летит, куда захочет ветер. А я стою, разинув слух, И жду, как самый глупый в свете. Я сам не лучше — признаю: Могу пообещать и скрыться. Но их наивность я ценю — Она даёт мне право злиться. Ведь обещанье — это мост, Что рушится под первым шагом. Их слова — гость, что не дошёл до звёзд, А я — дурак, что верит благам. Так и живём: я — Арлекин, Они — актёры без ролей. И каждый — сам себе один, Среди несбыточных затей.