Стихи про хоккей

Нашему Евгению Ты хоккейный болельщик, брат Натальи, Сын Марк похож, как две капли воды. Скучаем по тебе, приезжай на дачу, Ждут Раскаты, Сорокино и сады!

Высшая цель Кубок Гагарина — высшая цель, В нём пот, кровь и слёзы побед. Ярославль, ликуй! Наша цель — Смела всех соперников в летний бред.

Звон финала Звенит финал, и гром гремит, Вратарь в щитках — как изваянье. Победа! Кубок наш стоит! В сердцах ликования.

Решающий бросок В угол, в борт, на пятак, Точный бросок — и тишина. А потом такой размах, Будто вздрогнула страна.

Молчаливая скамья Ак Барс давил, но мы стояли, Как стена из крепких рук. На скамейке все дышали, И никто не сделал звук.

Стена из рук Пас на ход, и трибуны в крик, Шайба режет синий лед. Каждый шаг — как железный стык, Каждый взгляд — вперед, вперед.

Ледовая битва Ярославль не спал всю ночь, Белый шарф на каждом окне. Локо вышел на лед как гром, И Казань замерла в огне.

Путь к трофею От первого вбрасыванья до финальной сирены «Локомотив» шёл по льду, не зная преграды. Тренер и игроки — единой арены Воины, что кубок взять были рады. Кубок Гагарина — высшая цель, В нём пот, кровь и слёзы побед. Ярославль, ликуй! Наша метель Смела всех соперников в летний бред.

Ледяная мечта Свисток — и шайба вновь летит, Мелькают клюшки, плечи, спины. «Локомотив» в крови горит, Чтоб кубок взять с чужой витрины. Звенит финал, и гром гремит, Вратарь в щитках — как изваянье. Победа! Кубок наш горит В огне всеобщего ликования.

Стальной характер В Ярославле хоккей — не игра, Это жизнь, это честь, это сила. «Локомотив» — наша гора, Что врагов в кубке в прах раздробила. Кубок Гагарина — наш трофей, Мы к нему шли сквозь годы и муки. Нет на свете сильней и дружней, Чем бойцы в полосатой разлуке.

Ледовая битва На льду «Арены» гул стоит, Болельщик замер в ожиданье. «Локомотив» в атаку мчит, В глазах — огонь, в груди — желанье. Кубок Гагарина так близок, Последний бросок — и победа! Вратарь наш — словно василиск, Команда — крепче, чем стена.

Капитанская дуэль На льду — два капитана, два огня, Мельник и Васильев в круговерть ушли. Их клюшки крест накрест, как броня, И каждый мчит, чтоб шайбу в сетку внесть. Под светом прожекторов их бой, Секунды длятся, словно целый век. Кто устоит? Кто встанет сам не свой? Победит лишь тот, кто человек. Но вот финал, и шлемы вверх летят, Объятья, крики, слёзы на глазах. Два капитана, вставши в полукруг, Сметают лед в своих победных снах.

Лед и сталь характеров Мельник и Васильев — два героя, На льду сошлись в решительном бою. У каждого — своя, но оба стоят, За честь команды, за игру свою. Бросает Мельник с силой по воротам, Васильев блок стоит, как скала, стеной. Звенят клюшки, и в этом эпизоде Два капитана — равные душой. Но в перерыве, сняв шлемы и маски, Пожмут друг другу руки, улыбнувшись. Ведь спорт — игра, а не военные сказки, Хоть в ней они сошлись, на лёд вернувшись.

Двух капитанов бой На льду сойдутся Мельник и Васильев, Два капитана, воля и напор. В их взглядах — сталь, в руках — хоккейный посох, И каждый ждет решающий отпор. Шайба летит, как пуля, клюшки в ход, Звенит металл, скользят коньки по льду. Васильев в бой, а Мельник — в разворот, Кто победит в сегодняшнем аду? Но в этой схватке нет врагов — партнеры, Соперники на льду, в душе — друзья. Их объединяют спорта законы, И честь команды, честь и честь своя.

Ледяная дуэль Васильев и Мельник выходят на лед, Глаза горят огнем, в руках клюшки. Для них хоккей — не просто спорт, а взлет, Где каждый шаг — как залп из пушки. Васильев — скорость, дриблинг и напор, Он закружит, обманет, словно змей. Мельник — стена, недвижимый дозор, Он ловит шайбу грудью, все больней. Бросок за броском — удар за ударом, Шайба звенит о штанги, как набат. Васильев и Мельник — две легенды даром, Кто победит — решит один снаряд. Последняя минута — тишина, Васильев снова в зону входит бодро. Мельник в раме, как из чугуна, Но шайба входит в сетку — это подло. Васильев не кричит, Мельник молчит, Пожать руку друг другу — знак уваженья. На льду остался только яркий след, И в памяти — их вечное сраженье.

Схватка На льду сошлись два мастера в бою, Васильев и Мельник — честь и слава. Они не делят шайбу, а судьбу, И в каждом матче новая расправа. Васильев вихрем мчится впереди, Клюшкой владеет, словно дирижер. Мельник стоит стеной, не пропусти, Он — ледокол, что держит весь напор. Но вот бросок — и шайба в створ летит, Васильев целит точно в верхний угол. Мельник в прыжке — и шайбу он ловит, Вратарский подвиг — это его удел. Трибуны воют, лед дрожит от крика, Игра — на грани, нервы — как струна. Две школы хоккея — битва велика, Победит тот, кто верит до конца. Васильев снова рвется на прорыв, Мельник готов к последнему броску. Кто устоит, тот будет жить в веках, В этом поединке нет проигравших строк.

Битва титанов Дядя Стёпа-великан Вышел на ледовый стан. Васильев мчит, Мельник ждёт, Кто же шайбу заберёт? Штанги гнутся, лёд трещит — Стёпа смотрит и молчит. Но в воротах — Мельник-стенка, У Васильева — силёнка.

Великан на площадке На катке сегодня жарко: Дядя Стёпа — как Стаханов. Васильев шайбу держит ловко, Мельник ждёт в воротах ярко. Стёпа-великан встаёт — Шайба в сетку не идёт. Мельник щит, Васильев клюшка, Ни одна не взвоет пушка.

Дядя Стёпа на льду Дядя Стёпа, как гора, На коньках скользит с утра. Васильев против Мельника — Ледовая дуэль никак. Шайба мечется в борьбе, Лучший вратарь на трубе. Стёпу сравнивают с башней, Но в воротах он всегдашний.

Ледяная вражда Словно в пьесе, на льду кипит борьба, Где Монтеки и Капулетти — две судьбы. Не шпаги здесь, а клюшек остриё, И шайба вместо яда и мольбы. Враги с пелёнок, но на стадионе Они скрестили свой спортивный пыл. Один бросает — шайба на заслоне, Другой блочит, как будто бы застыл. Капулетти — защита, как стена, Монтеки — скорость, финты, гол в девятку. Но кровь не льётся, лишь кипит волна Страстей, что держит каждого в порядке. Ромео в красном, Джульетта — в синем, Она кричит: «Не смей его толкать!» Но поединок — спорт, не месть отныне, Им не дано друг друга убивать. И вот свисток — финал, овертайм, счёт: Четыре-три в пользу одной из вражд. Но кланы рукоплещут — вот полёт! Ведь спорт объединяет всех, кто горд. Пускай вражда останется на сцене, А на площадке — только айс и сталь. Герои наши лёд на кону сменят, Чтоб никому не стало вдруг нас жаль.

Веронский лёд На льду Вероны гул и крик, Здесь Монтеки и Капулетти — Не древний клановый язык, А клюшки, шлемы, шайбы, дети. Борьба за титул и за честь На синей линии кипит, Противник тут, нельзя присесть, Коньками каждый след звенит. Капулетти — силовой, Заставят в угол забиваться, Монтеки же — игра с душой, В атаку вихрем прорываться. И Джульетта с трибуны вскрик: «Ромео, шайбу не прости!» Но он уходит в быстрый миг, На борт соперника пустив. Судья свистит — опять удал, За грубость Монтеки на лавку, Но клан не сдастся, как бывал, Забросит шайбу он в добавку. Два клана — вечная вражда, Но на площадке лишь игра. Никто не хочет, как тогда, Убить друг друга до утра. Итог — ничья? Победа? Нет? В глазах огонь, в руках клюшка. Закончился уже куплет, Ну, а вражда — лишь погремушка.

Хоккейный бой На лёд выходят двое, как на бой, Васильев и Мельник — не разлей вода. Васильев с клюшкой, с рваной щекой, Мельник в форме, крепкий, как слюда. Судья свистнул — шайба полетела, Васильев принял пас на крюк. Мельник встал стеной, как в поле тело, И начался хоккейный бой вокруг. Васильев объехал, как снаряд, Мельник сблокировал, но не сдержал. Шайба в сетке — первый заряд, Васильев засмеялся и сказал: «Эх, Мельник, друг, ты прозевал, Я ж в сорок первом так же шёл вперёд!» Мельник усмехнулся: «Я ж не спал, Сейчас покажу, кто тут народ!» Второй период — Мельник в злость, Он шайбу рвёт, как флаг в бою. Васильев держит оборону в горсть, Но Мельник прорывается к краю. Бросок — и шайба под щитком, Васильев отбил, но рикошет. И счёт сравнялся — всё молчком, Теперь последний, кто не сдаст — победный свет. Третий период — тишина на льду, Они идут, как два клинка. Васильев отдал пас — я жду, Мельник подставил клюшку слегка. И шайба влетела точно в «девятку», Васильев закричал: «Победа, брат!» Мельник снял шлем, поправил шапку, И обнял друга, как солдат солдат.

Ледовая дуэль На льду кипит нешуточный скандал, Васильев с Мельником сошлись не в шутку. Боец Васильев клюшку, как кинжал, Сжимает, примеряясь к перехватку. Он — ветеран, прошедший и огонь, И воду, и медные трубы. А Мельник — парень, что коня нагон, Ему бы только дать побольше шубы. Но клюшка свистнула, и шайба — влёт! Васильев ловит взглядом этот кросс. Мельник ушёл в проход — разворот, И щёлкнул так, что вздрогнул матч-матрос. Васильев блоком принял этот бросок, Как Тёркин взял в рукопашном бою гранату. И покатил вперёд, как мотылёк, Навстречу грозному, как танк, солдату. Вратарь застыл, как часовой в снегу, Атака с двух сторон — ну, кто тут смел? Васильев крикнул: «Я вам помогу! Держи, брат Мельник, чтоб я не сгорел!» И финальная сирена — победа! Кто выиграл? Да Ледяной полк! Васильев с Мельником, не зная обеда, Ушли в раздевалку, как добрый шёлк.

Ледовая битва Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. В томленьях грусти безнадежной, В тревогах шумной суеты, Звучал мне долго голос нежный И снились милые черты. Шли годы. Бурь порыв мятежный Рассеял прежние мечты, И я забыл твой голос нежный, Твои небесные черты. В глуши, во мраке заточенья Тянулись тихо дни мои Без божества, без вдохновенья, Без слез, без жизни, без любви. Душе настало пробужденье: И вот опять явилась ты, Как мимолетное виденье, Как гений чистой красоты. И сердце бьется в упоенье, И для него воскресли вновь И божество, и вдохновенье, И жизнь, и слезы, и любовь.