Стихи про сон

Тихий час После обеда — тихий час, Закрыли глазки мы подчас. Кроватки ждут, подушки, сны, До самой тишины весны.

Возвращение во сне И снова снится мне деревня, Где детство в речке утонуло, Где время, словно вдохновенье, Из ниоткуда в жизнь вдохнуло.

Деревенский сон И снова снится мне деревня, Где тишина и мягкий свет, Где за окошком вяжет древня Свой незатейливый сюжет.

Истина в цвете Дойти до истины — заветный сон, Увидеть мир в его живых цветах. Но правда — как хамелеон, Меняет оттенки в наших мечтах.

Чёрный Рикки Чёрный пёс, Рикки, в клетке грустит, Намокает подушка от слёз. Вспоминает, как дом был открыт, Как хозяин его с собой нёс. Но настала прогулка — и вот Он резвится, как щен, на лугу. Запах леса, свобода, полёт, Но возврат — и он весь в долгу. Он ложится, устал и поник, Засыпает, и снится ему Дом родной, и любимый язык, И хозяин, и всё на дому.

Тоска и надежда Рикки чёрный, ты помнишь свой дом? Твои слёзы не высохли тут. В приюте ты ждёшь, что придут, Но пока что ты only с трудом На прогулке забыл про беду, На свободе ты счастлив и лёг. Но назад возвращаться — в аду, В клетке снова, где каждый вздох. Ты ложишься, глаза закрываешь, И во сне ты бежишь по траве. Дом и люди — ты их обожаешь, Но проснёшься — и снова в беде.

Прогулка и возвращение Рикки чёрный, как ночь, в клетке спит, Глаза полны тоски и огня. Вдруг поводок — и сердце стучит, Он выходит, природа, земля! Он резвится, хвостом он вертит, Нюхает траву, счастлив до слёз. Но прогулка кончается — стыд, Снова в клетку, и мир не сбылось. Он ложится, устав от обид, Глаз не видя, он тихо сопит. Снится дом, где его не забыт, И хозяин его вновь манит.

Сон Рикки Чёрный Рикки в приюте лежит, Слёзы тихо по морде бегут. Вспоминает, как дом был открыт, Как его там любили и ждут. Но настала прогулка — и вот Он бежит, он вдруг счастлив и рад, Запах леса и свежий полёт, Но потом возвращают назад. И опять он в тоске, на полу, Уткнувшись носом в пол, он молчит, Засыпает и видит в углу Свой потерянный дом — и скулит.

Кофеман Кофе, матча — два глотка, Бодрость жду, но нет пока. Как варёная муха я — Сонность давит, хоть кричи.

Белый комочек Белый кот свернулся в ком, Спит и видит сладкий сон. Тихо дышит, как фантом, В доме с ним — союз времён.

Отдых Забыты тревоги, усталость и будни, Остался лишь мир, где нет суеты, Где время течёт в тишине изумрудной И снятся забытые кем-то мосты.

Свет в лужах На асфальте разливы неоновых красок, В них витрины, реклама, огни — как во сне. В каждой луже свой мир из потерянных сказок, Только капли дрожат на неверной струне.

Письмо в темноте Моё письмо тебя нашло, В нём говорит, что так темно, Что ночью нет луны в окне, Что сон не крепок — он во сне. Не сплю, встаю — беда кругом, Кошмары шепчутся тайком, Средь мёртвых деревьев бегу, В осеннем и глухом саду. Там сосны старые торчат, Ветвями взгляд мне заслонят, И нет ни шагу впереди, Лишь тьма и страх на этом пути.

Сказка на ночь Бабушка расскажет сказку, Дарина, Денис и Максим — в обнимку. Сны укутают теплом, Внукам сладко спится в доме родном.

Иллюзия любви Москва встречала огнями огней, Чханбин нашел Гульнару средь теней. Их руки сплелись, губы слились, Но сон оборвался — они разошлись. Реальность жестока: нет больше чудес, Лишь эхо шагов по ночным мостовым. Но память хранит тот небесный прогресс, Что стал лишь виденьем, мигом одним.

Ночная прогулка Под московским небом, в свете фонарей, Чханбин и Гульнара шли рука в руке. Шептали нежно, целовались страстно, Казалось, счастье длится бесконечно. Проснулся — пустота в руке, Лишь отблеск звезд в ночном окне. Тот поцелуй, тот взгляд — в мечте, Но наяву — лишь тень во сне.

Московский сон Чханбин прилетел в Москву ночную, Гульнару встретил — и мир перевернулся. Держась за руки, шли по мостовой, И в поцелуе каждый утонул. Но это был лишь сон, увы, не явь, Рассвет развеял сладкое виденье. Осталась только тихая печаль И в сердце — нежное волненье.

Московский сон Огни Москвы, ночной проспект, Чханбин и Гульнара — лучший сюжет. Руки в руках, шаги в такт, Поцелуй — и мир стал контракт. Но утро крадёт волшебство без следа, Осталась лишь в сердце пустота. Тот сон был сладким, но это мираж, Любовь моя, ты — миража страж.

Встреча во сне Чханбин из Сеула в Москву прилетел, Гульнару увидел — влюбиться посмел. По Красной площади шли, не спеша, Держась за руки, кружит голова. Поцелуй украдкой, ночная тишь, Но сон оборвался — и ты не спишь. Пустая комната, в окне заря, Лишь память о сне, где мы не зря.

Ночная Москва Москва ночная, огни горят, Чханбин и Гульнара рядом стоят. Руки в руках, поцелуй в тишине, Но это лишь сон наяву при луне. Вдруг всё исчезло, пропал и свет, Сердце разбито, надежды нет. Только в мечтах мы вдвоём опять, Сон не вернуть, не обнять, не понять.

Фантомная любовь Под неоном Сеула гуляли мы двое, Ты шептал мне о чём-то, и время застыло. В отраженьях витрин мы казались живыми, Но сон оказался миражом красивым. Просыпаюсь — и вновь тишина на часах, Только память хранит твой забытый размах. Чханбин, Гульнара — лишь сон, миражи, Но в сердце осталась любовь без души.

Сон о тебе Гульнара и Чханбин, Сеул в огнях, Мы встретились в сне, как в чудесных стихах. Твоя улыбка — как первый снегопад, Я верила: счастью не будет преград. Но утро разбило хрустальный мираж, Оставив в ладонях пустой антураж. Любовь во сне — это горький обман, Но в сердце остался твой тёплый туман.

Ночной Сеул Мы шли по ночному Сеулу вдвоём, Фонарные реки текли под дождём. Твой смех отражался в мокром асфальте, Мы были так близки, как будто в азарте. Но вдруг ты исчез — и город погас, Остался лишь холод, разлуки приказ. Проснулась — и сердце стучит в пустоте: Ведь ты был лишь сном на этой высоте.

Лишь сон Сеул сиял в ночной тиши, Держал нас за руку с тобой. Среди огней и суеты Мы стали целой одной судьбой. Твой взгляд — как тёплый майский свет, Улыбка — словно нежный стих. Но утром сном развеян бред, И нет ни нас, ни чувств твоих. Лишь помню запах и тепло, Как ты смотрел в мои глаза. Но всё, увы, произошло В том сне, где плакала гроза.