Стихи о музыке

Сквозь экран Сквозь экран струится свет, Влад Туманов дарит рифму. Голос льётся — шёпот, нет, Словно музыка и мифы. Он поёт и говорит, Струны плачут, сердце бьётся. Каждый зритель вдаль глядит, В такт душа его смеётся. Этот вечер — как полёт, Слово, звук и тишина. Влад концерт свой отдаёт, Чтобы стала ночь полна.

Эфир Туманова Гитара плачет, голос льётся в ночь, Влад Туманов нам дарит рифмы свет. Сквозь провода уносит грусти прочь, В эфире оживает интернет. Стихи и звуки в танце замерцали, Сливаясь в многогранный дивный хор. Мы в чате, словно в зале, в тихой дали, Влад дарит нам душевный разговор. Он струны трогает — и мир затих, Строка рождает образы и сны. В концерте этом каждый слышит стих, Как отголосок вечной тишины.

В ритме цветов Танцуешь в ритме цветочных облаков, Флорист, твой танец — это вдохновенье. Букеты — ноты, ты — дирижёр цветов, Ты создаёшь из лепестков творенье.

Зажигай, студент Под ритмы доктора Албана Мы танцевали как ни странно. Забот не знали, лишь веселье, Студенческое новоселье.

Наш ритм Днём лекции, а ночью — танцы, Под доктора Албана глянцы. Мы зажигали без забот, Пока нас время не убьёт.

Комариный концерт В лагерь к строителю едем гурьбой На молярийных комарах — вот отстой. Ярофонк из дупла: «Пятнадцать!» — орёт, Комары в такт, и веселье идёт.

Путь на стройку Строитель плюс лагерь — туда мы спешим, На молярийных комарах, как один. Ярофонк из дупла пятнадцать звучит, Наш лагерный быт в ритме этом стучит.

Лагерная ода Туда, где строитель и лагерь, мы едем На комарах, что молярийным звенят. Ярофонк в дупле пятнадцати — бредим, Под звуки его забываем про яд.

Комариный марш Строитель плюс лагерь — наш маршрут, На комарах молярийных плывут. Ярофонк в дупле пятнадцать играет, От жары и комаров никто не страдает.

Экспедиция Мы едем в лагерь, где строитель ждёт, На молярийных комарах, вперёд! Ярофонк играет, дупло — пятнадцать, Там будем песни петь и улыбаться.

Лагерный зной Строитель плюс лагерь — туда мы езжаем На молярийных комарах, слушаем ярофонк. Пятнадцать дупло, мы в жаре изнываем, И каждый комар — наш безжалостный полк.

Звуковой плен Она пришла нежданно — и осталась, Как эхо первого аккорда в тишине. Я думал, что влюблённость мне досталась, Но это музыка взяла в полон меня. Я разучился говорить о важном: Мои слова теперь — лишь ноты в голове. Я стал туманным, беспокойным, странным, Как тот мотив, что вечно на волне. Мне снится, что я — дирижёр оркестра, И вся вселенная играет по руке. Но наяву я лишь прохожий, место Где звук рождается — на тонком волоске. И я иду на свет софитов, на звучанье, Как мотылёк, что гибнет, но летит. В моём нутре — сплошное ликованье, Когда знакомый рифф во тьме звучит. Так пусть же длится этот звуковой пожар, Пока есть силы слушать и дышать. Я выбрал быть с тобой — не странный дар, А добровольная, счастливая печать.

Мелодия в крови Ты входишь в жизнь неслышным переливом, Как будто свет струится изнутри. Я замираю — стало быть, счастливым Не быть, а слышать музыку, смотри. Играет ветер клавишами клёнов, А дождь отбивает ритм по мостовой. Мой пульс уже не мой, а подчинённый Твоей непостижимой волне. В наушниках — как в плену у сирены, Но я и сам хочу на этот зов Идти сквозь сутки, месяцы и стены, Забыв про сон, про хлеб и про любовь. Ты — бесконечность в такте и на паузе, Ты — тишина, что громче всяких нот. С тобой любая боль уходит сразу, И даже страх — и тот не в счёт. И если спросят: «Кем ты стал, безумец?», Я не отвечу — пусть гадает свет. В моей крови живёт твой гулкий куплет, И это — самый верный мой кузнец.

Наша «Легенда» На «Легенде» мы отчалили с улыбкой, Саксофон играет, ужин на столе. Город в огнях, словно в сказке зыбкой, Волны качают нас на закатной мгле. Смех и танцы, музыка и ветер, Дискотека греет, как сто свечей. Мы слились с волной в этом дивном свете, Стали частью ночи, частью её лучей.

Цветочная симфония В каждом уголке забота в цветнике твой труд, Лепестки, как ноты, в такт тебе поют. Ты — дирижёр, что правит садом этим, И цветы тобой, как музыкой, заметны.

Мой узкий мир Я вспыльчива, я имброверт, Людей не нужно — правда, нет. Качели музыки — концерт, Наушники — мой яркий свет. Внутри меня — вулкан и лёд, Но внешне — тишина и сплин. Пусть кто-то любит хоровод, Мне скучен шум людских долин. В наушниках — волна, прибой, Качели громче, выше, ввысь. Я здесь — сама себе герой, Открой мне дверь и не просись.

Мелодия изоляции Вспыльчивость — мой вечный спутник, Я импульс, взрыв, короткий путь. Чужой мне чужд, я имброверт, Без лишних слов могу свернуть. Наушники — как шум прибоя, В них музыка — моя среда. Качели звуков, я с тобою, Здесь нету места для стыда. Людей не надо, хватит шума, Я замкнута в своём строю. Качели, музыка, наушники — Я жизнь такую признаю.

Убежище Я вспыльчива — и это факт, Мой мир внутри — глухой экран. Людей не жалую никак, Мне ближе шум дождя и ран. Наушники — моя броня, Качели музыки — полёт. Снаружи пусть кипит возня, Мне важен тихий, тёплый вздох. И пусть я кажусь колючей, Но это просто крепкий щит. Внутри — я нежная, без тучи, Кто близко — тот не убежит.

Без слов Под музыку качаюсь в такт, Качели — мой пустой контракт. В наушниках — чужой язык, Одиночества новый миг.

Крылья ночи Качели взлетают, и я — как в полёте, Наушники шепчут о чьей-то заботе. Но я одинок среди звёздной пыли — Орбита моя в отражении петли.

В такт В наушниках музыка, в сердце — тоска, Качели взлетают у самого виска. Один я качаюсь под звёздный узор, И в ритме мелодии гаснет мой взор.

Мой плеер Наушники вставлены, мир затих, Качели качают меня лишь на миг. Одиночество в нотах — мой верный причал, Я музыкой полон, хоть свет и печал.

Ночной полёт В наушниках — ритм, а вокруг — тишина, Качели взлетают, и ночь не страшна. Я качаюсь один, в такт биению струн — Одиночество, словно застывший бурун.

Качели Качели скрипят подо мной в тишине, В наушниках музыка тает во сне. Я здесь одинок, но мне вовсе не жаль — Мой вечер укутан в ночную вуаль.